* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

АЛЕКСАНДРЪ ?. 323 Jlpyeciro".—„Они ве должны безпокоитьси: ' ипрочемъ, у меня двести тысячъ человйкъ 1 въ герцогстве Вартавскомъ; пусть же ме- j пя выгонятъ! Я отдалъ Саксонш Ilpyccin, < Австрия на это согласна."—„Я не знаю, ' согласна ли она. Позволю себе въ" этомъ сомневаться, до такой степени ово про- : тиворечитх ея интересамъ. Но можетъ-ло j cobiacie Австрш сделать Пруссш собствен- : и идею того, что принадлежим королю Сак- J сопскому?"—„Если саксонскш король не ; отречется, его повез г тъ въ Россш; тамъ онъ и умретъ- Уже одинъ король тамъ умеръ„Ваше величество позволите мне этому не верить: не для того собрался коп-грессъ чтобы видеть такое покутеше".— „Какъ такъ? Покушеше? Вотъ еще что! Разве не отправился въ Россш Станиславъ? Почему же бы и королю Саксонскому гуда пе отправиться? Положензе ихъ одно и то же. Я тутъ не вижу никакой разницы". Затймъ Государь продолжалъ: „Я пола-1 галъ, что Франция кой-чемъ мне обязана. Вы всегда говорите мне о принципахъ: ваше общественное право (droit public) для меня ровно ничего не значить; я не j знаю, что это такое. Какое употреблеше, думаете вы, я могу сделать пзъ всехъ ва- -, шмхъ пергаыеитовъ и трактат овъ? Для; меня одно превышевсего,—это данное мною слово. Я его далъ и сдержу; я обещалъ Саксошю Прусскому королю, въ то время, когда мы сошлись вместе". —„Ваше Величество обещали Прусскому королю отъ У до 10 миллюновъ душъ,—возразилъ Талей-ранъ;—вы можете ихъ дать ему и бе*ь уничтожения Саксов in".—„Сашжск1п король измевникъ".—„Государь, такое назваше j иикогда не ыожетъ быть дано какому-либо | королю; необходимо даже, чтобы оно ему j никогда не было даваемо". После минут-наго молчашя, Императоръ Александръ въ заключение полуторачасовой беседы сказалъ: ,?-ороль Прусскш будетъ королемъ Прусскилъ и Саксонскимъ, также какъ я буду Илператоромъ РоссШскинъ и королемъ Польскимъ. Предупредительность, которую Франщя окажетъ мне относительно эгихъ дпухъ пунктовъ, в ос луж и тъ мне ме-риломъ". . Несравненно более резктй характеръ приняло столквовеше Императора Александра съ Меттернихомъ, по поводу техъ же тесно связанныхъ между собою вопро-совъ: польскаго и саксонскаго. Антагонизмъ между ними начался, вирочемъ, еще до в Ln-скаго конгресса, когда Меттернихъ воспротивился ваыеренш Государя назначить въ осеннюю кампашю 1813 года главнокоыан-дующимъ союзныхъ войскъ Моро и на-стоялъ па назначен!« киязя Шварцевберга. Эта неприязнь получала новую пищу, когда австр{йцы, вопреки обещав!» Императора Александра сохранить нейтралитета Швей-царш, вторглись во Францию черезъ тер-риторш покровительствуемой ииъ республики. Затемъ, во время похода 1814 года и после заняття Парижа не мало было по-водовъ къ разногласию между Пмперато-ромъ и главою австрШскаго кабинета. На-конецъ, въ Вене Александръ окончательно убедился въ настойчивомъ преследован in Меттернихомъ одной ц^ли: везде становиться поперекъ нанеренш и дроектовъ Русскаго Императора. Меттернихъ заыйча-етъ по этому поводу въ своихъ „Запискахъ", что ему предназначено было самой судьбой бороться еъ такими монархами, какъ Наполеонъ и Александръ, и. прпбавляетъ онъ въ припадке свойственная емусамо-обожатя, победить ихъ. Меттернихъ уве-ряетъ, что опсозиц1я его выводила изъ себя Александра, который осыпалъ его въ вен-скихъ гоетпныхъ самыми странными сар-казмами и отзывами (mauvais propos). Увё-реннып въ поддержке императора Франца, Меттернихъ пишетъ, что ко всему этому онъ относился весьма равнодушно- Взаимное нераеположете привело къ сцен-E са-маго стран наго характера и вскоре слухъ о ней распространился по всему городу. Та-лейравъ писал ь о ней королю 19-го (ЗЬго) октября следующее: „Императоръ Александръ ииелъ съ г. Меттернихомъ раз-го всръ, въ коемъ, какъ утверждаютъ, онъ обращался съ этимъ лизистромъ съ таким!· высокомергемъ и резкостью выражений, каюя могли бы показаться чрезвычайными даже въ отпоптенш одного изъ его слугъ. Меттернихъ ему сказалъ относительно Польши, что если речь и деть о создан! и таковой, то они (австршцы) сами могли бы это сделать; Императоръ пе только назвалъ это за-мечаше неумествымъ и неприличнымъ, но даже умекся до того, что сказалъ, что онъ, Меттернихъ, одинъ въ Авсгрш, который позволилъ бы себе такой бунтовщица^ тоиъ (un ton de revolte). Говорятъ еще, дело зашло такъ далеко, что Меттернихъ ему заявилъ, что будетъ просить