* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

296 АЛЕКСАНДРЪ I. шетъ Нессельроде въ своихъ запискахъ. ; Казалось, народъ собрался, чтобы догулять sa праздник^, а не для того, чтобы присутствовать при вступленш непрштелшшхъ войскъ- Талейрайъ былъ за туалетомъ. Дол упри чесанный, онъ выб&калъ ко мне на встречу, бросился въ мои объята и осыоалъ мевя пудрой- Успокоившись несколько, онъ вел?лъ позвать людей, съ которыми онъ находился въ заговора (eu pleine conspiration). То были герцогъ Даль-бергъ, аббатъ де-Прадтъ, баронъ Луи. Я передалъ своимъ собесЬдеикаиъ желания Императора Александра, сказавъ имъ, что онъ остановился окончательно на одной лишь мысли: не оставлять Наполеона, на французскомъ престол^; что затйаъ вопросъ, какой порядокъ вещей долженъ заминать его, будетъ разрешеиъ Го сударе мъ не иначе, какъ по совёщанш съ тЬш выдающимися людьми, съ которыми ему пред-етонтъ войти въ свошеезе". Ишператоръ Александръ намеревался поселиться во дворце „Elysee - Bourbon". Но долучивъ предостережете k что подъ дворецъ этотъ подведены мины, Государь нрислалъ эту записку графу Нессельроде; когда объ этомъ узналъ ТалеЙраяъ, онъ не хот?лъ верить, но по избытку предосторожности, яредло-аьилъ Императору остановиться у него, пока это д4ло не будетъ расследовано. По всей вероятности вея эта тревога была подстроена самимъ изворотливыми кня-зеыъ Беневеятскилъ, который заручился, такимъ образомъ, првсутств1емъ главу коа-левди въ своеиъ отелё* После отнравлешя графа Нессельроде въ. Парижъ, къ Императору Александру явился въ Бонди Коленкуръ, присланный Наполеономъ съ предложен 1емъ неотлагательного мира на у словахъ, сходныхъ Съ требованиями союзныхъ державъ въ Ша-ткльон^. Государь выеказалъ ему, что считает! себя обязанный^ упрочить спокойствие Европы, и поэтому ни онъ, ва его союзники не станутъ вести лереговоровъ съ Наполеономъ. Тщетно Коленкуръ старался поколебать решимость Александра, представляя ему, что союзные монархи, низвергнувъ съ престола государя, всём а ими признан яаго, выказали бы себя побор-ниаангн разрушительныхъ идей революцш. „Союзные монархи не желаютъ нисвровер-жеЕ1я лрестоловъ*, отв-Ьчалъ Александру „они будутъ поддерживать не какую-либо партш недовольныхъ вастоящимъ правительством^ а общШ голось почетнейшахъ людей Франдш. Ma решились продолжать борьбу до конца, чтобы не возобновлять ее при лен?е выгодныхъ обстоятельствах^,, j и будемъ сражаться, пока достигнешь ороч-1 наго лира, котораго не ьгожемъ надеяться отъ человека, опустошившаго Европу отъ Москвы до Кадикеа". Въ заключен1е Им-вераторъ Александръ обЪщалъ принять Колеякура во всякое время въ Париже. Оставляя Бонди, посолъ Наполеона уви-д?лъ лошадь, поданную Государю для предстоя щаго въезда въ Парнжъ; это была светло-et рая лошадь, по имени Эклипсъ, подаренная Императору въ бнтность Ео-ленкура послоыъ пря русекомъ дворе. Около восьми часовъ утра Ймператоръ Александръ выйхалъ изъ Вонди. „Bot готовились встретить день, безнримйрный въ исторш", пишетъ очевндецъ. „Покореше Парижа являлось необходиашмъ достоя-В1еыъ нашихъ летописей. Русте ае могли бы безъ стыда раскрыть славной книги своей исторш, если бы за страницею, ва которой Наполеонъ изображена стоящимъ среди пылающей Москвы, не следовала страница, где Александра является среди Парижа". Про^хавъ съ версту, Государь встрйтилъ короля прусскаго и гвардзю, пропустилъ мимо себя назначен ныхъ идти въ голове вступавшихъ въ Париясъ войскъ прусскую гвардейскую и нашу легкую гвардейскую кавалерию, и последовал* за ними bu-ecti съ королем^ и княземъ Шварцен-бергомъ, сопровождаемый свитою, въ числе бол?е тысячи генераловъ и офицеровъ различныхъ нац1&. За ними дгли: аъстрш-CKie гренадеры, pyccKift гренадерсвш корпуса, гвардейская п'Ьхота к три кирасирская дивизш съ артйдлерхею- Прекраснейшая погода благопр1ятствовала торжественной обстановк-Ь этого незабвеннаго дня. Какими чувствами преисполнена была тогда душа Александра? Что думалъ Государь, переживппй тяжелое испыташе Аустерлица, блескъ тшгьзитскаго свидаЕпя и пожар ъ Москвы? Онъ съ полнымъ сми-ретемъ готовился отплатить за испытанное зло неслыханными въ истории великоду-пиемъ. Действительно, среди Парижа явился победитель, который ие мскалъ дру-гаго торжества, какъ только счаст!я по-бежденаыхъ- Еще въ Вильнй, въ декабре 1812 года, Ймператоръ Александръ