* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ЦРУЖЫШШЪ. 753 его комитета. Ему же принадлежала мысль о такъ называемой „Дружипинской ко­ пейке", перподичееисомъ сборъ со всехъ журпалове и газетъ. Смерть его последо­ вала J4 лив. 1864. Погребснъ овъ на Смолеискомъ кладбище. Каисе беллетриС1-ь, Д. пе игралъ особеп­ по выдающейся роли въ литературе на­ шей. Лишь первая повесть его, „Полипыса Саксъ", произвела въ публике некоторую сенсацию, благодаря пикантному сюжету, основанному на великодушномъ протеши мужемч. измены жены, полюбившей дру­ гого. Въ повести этой отражается брожеHie 40-хъ гг., увлечении идеями женской умансипащи подъ влйяшемъ Ж. Зандъ. По ­ весть по своему сюжету сильно напоми-_ иаетъ „Жака" Ж. Зандъ. Остальныя же" беллетр. произведения Д., иаписанныя хо­ рош имъ языкомъ, местами пе лишенный тоикаго психическаго анализа, не выхо­ дятъ. однаисо же, изъ уровня посредствен­ ности, и ныне совсемъ забыты. Въ каче­ стве же критика Д. является представитслемъ и выразптелемъ особеннаго момента жизни нашего общества, — именно эпохи реакцш 50-хъ годовъ. Когда, после 1848 большинство наиболее сильиыхъ предста­ вителей выбыли изъ литературна,го строя и движение 40-хъ гг. совсемъ заглохло, въ пстербургскихъ литературныхъ сферахъ воцарились особеннаго рода оипортуписты, проникнутые духомъ чопорнаго дендизма. Они выдавали себя за безукорпзненныхъ прогресистовъ, либераловъ, западниковъ и трезвыхъ реалистовъ. Но либерализмъ ихъ не шелъ д а л е е поверхностнаго англоман­ ства; западничество—далее увлечения чу­ десами европейской промышленности въ виде желвзныхъ дорогъ, электрически хъ телеграфовъ, машине и т. п.; реалнзмъ ихъ вполне выражался въ практической философии дядюшки Адуева, въ умепьи па­ жить кругленький капитальчпкъ, въ ком­ форте, умеренности, аккуратности и педан­ тической велик осветскостн. Воспитанный въ бюрократической семье, Д . вполне осуществлялъ въ своей лично­ сти все идеалы этихъ самыхъ оппортуни­ сте въ: онъ былъ англомапъ, педанте по части соблюдения „порядочнаго тона", н врагъ какихъ бы то ни было увлечешй. Уже въ „Современнике" выступилъ онъ съ отрицаннемъ критики Белипскаго и всехъ выетавленныхъ имъ принциновъ; въ „Биб. Для Чт." же довелъ это отрицаше до полной послЬдовательиости и ясной опре­ деленности. Такъ въ статье по поводу Ппсемскаго въ „Библ. для Чт." 1856, ратуя противъ требования Белинскаго, чтобы ис­ кусство служило жпзиии, Д. отиеровепио и и прямо заявляетъ, что „годы торжества дидаисти ческой критики принеелнн панпему искусству вредъ скорее отрицательньий, чЬмъ положительииый. Кригтика 40-хъ гг. скорее мешала развнитню писателей суицествуиоициихъ, чемъ содействовала исъ ноявленно новыхе писателей дндапстнизеовъ. Болыпаи 3ициклонелЫ, т. V U I . На лнтераторовъ, уже составившись себе имя и вновь появляющихся, критпка Б е ­ и линскаго налагала стеснительный узы, но художниковъ, собственно созданныхъ еио, она не имЪла. Своихъ поэтовъ, своихъ лиитератураыхъ адептовъ она не создала; этии последние, побегавшие самое короткое вре­ мя Hia дадаистической корде, исчезали съ лица земли и гибли вследствйе своего собствевнаго безеилня". Съ такимъ же отрицанйемъ отнесся онъ и исъ „пату рал виной ш к о л е " , вознинешлй въ 40-е гг. иодъ влняниемъ Гоголя и приветствовапноВ Белапскимъ. Въ противовесе поислопеппо Гоголио Д. выстанилъ культъ Пушкина, въ ко­ торомъ онъ виделъ аалогъ возвращения палией литературы къ светлому взгляду на жизнь и примирению съ действительностью. Такъ, въ „Библ. для Чт." 1858, въ статье о ПуипншнгЬ онъ говорить: „Чтобы ни говорнили пламенные поклонники Гоголя (и мы сами! цричисляемъ себя ие къ холодиммъ его читателямъ), нельзя всей слопеснюсти жить па однехъ „Мертвыхъ душахъ". Намъ нужна поэзия. Поэзии мато въ последователяхъ Гоголя, поэзии п е т ь въ иизлишнереальномъ направлении многихъ иовейц| ихъ деятелен!. Само это направленное не можетъ назваться натуральнымъ, ибо изу­ чение одной стороны жизни и е есть еще паи тура. Скажемъ нашу мысль безъ обнняковъ: наша текущая словесность изнурена, ослаблена своимъ сатирнчеенсимъ наигравленйемъ. Противъ тансого сатирнческаго направления, къ которому привело насъ не­ умеренное подражание Гоголю, поэзии Пуш­ кина можетъ служить лучинимъ орудиемъ. Очи наши проясняются, дыхание становит­ ся свободнымъ: мы переносимся изъ одного мира въ другой, оть искусствен и аго освеще­ ния ись простому дневному свету, который лучше& всякаго пркаго освещения, хотя и освещении въ свое время имеетъ свою приятность. Передъ нами тотъ-же быть, т е же лиоди, но какъ все это гляднтъ тихо, спокойно, радостно!" Таковы были принципы крнтнпсии „чиста­ г о " искусства, ииицнаторомъ которой и является Д . Критпка эта была совершен­ но полетать чуждымъ всякихъ иидейннлхь увлечении!, умерсипымъ и акисуратпымъ людямъ реакцш 50-хъ гг. Но после игрымскои! войны, въ эпоху того буриаго энту­ зиазма, какой овладелъ всемъ русски мъ обицествомъ въ конце 50-хъ гг., подобная критика была совсемъ уже не ко времснин. Тогда ясно обниаружнлось, что подъ личи­ ною свободы искусства отъ ярма тенден­ циозности она иироноведусть еще большее стЬсниенпе, такъ какъ прннуждаеть ипнеателей быть во что бы пи стало жнизперадостнымни и изображать зкнзнь всестороппе, хо­ и тя бы на сердце у нихъ скребли копшш и ОНИ были увлечены одною нсакою-лнбо сто­ роною жинзнц. Этимъ объясняется и пеи успьхъ „Библ. для Чт.", вздумавшей иилыть противъ общественпаго течения. Вообще нужно сказать, что съ переходомъ иизъ „Сп48