* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
ПЛЕХАНОВ [703—704] ПЛЕХАНОВ Наибольшее внимание П . привлекали в эс тетике Гегеля те моменты, когда Гегель— по его собственному выражению—спускался на «конкретную историческую почву*. «Ге гель и в „Эстетике",—говорит П . , — времена ми сам покидает свое идеалистическое царст во теней для того, чтобы подышать свежим воздухом житейской действительности, И за мечательно, что грудь старика дышит в этих случаях так хорошо, как будто она никогда и пе вдыхала другого воздуха» (там ж е , т. X , стр. 179). В качестве примера такой «историч ности» Гегеля ГГ приводит рассуждения его о голландской живописи, произведения к-рой Гегель связывал с общественной действитель ностью их времени и буржуазным характе ром создавшей их среды. Из общих определений искусства, устана вливаемых Гегелем, П . прежде всего подчер кивал то положение, что « п р е д м е т искус ства тождественен с предметом философии», что «содержанием искусства служит именно действительность», причем здесь разуматась действительность именно в геге левском смысле, т. е. «действительность, сво бодная от тех элементов случайности, кото рые неизбежны во всяком коночном суще ствовании» («От идеализма к материализму», т. XVIII, стр. 146). «Этим,—говорит П . , — оттеняется огромная ценность с о д е р ж а ния художественных произведений» (там же); в искусстве, «как и во всяком другом человеческом деле, с о д е р ж а н и е име е т р е ш а ю щ е е з н а ч е н и е * («История новейшей русской литературы А . М. Ска бичевского», 1S97, том X , стр. 310). Мысль эту П . неустанно проводил и подчеркивал в своих работах (см. например «А. Л . Волын ский», том X , стр. 191); «без идеи,—говорил П.,-—искусство жить не может» («Пролетар ское движение и буржуазное искусство», 1905, т. X I V , стр. 77). Полемизируя с определе нием искусства, данным Толстым, который видел в искусстве лишь эмоциональное со держание (искусством «люди передают друг д р у г у свои ч у в с т в а»), Плеханов утверж дал, что искусство выражает и чувства людей и м ы с л и («Письма без адреса», т. X I V , стр. 1—2). Этим П . подчеркивал идеологиче ский характер искусства. Выдвигая в искусстве вслед за Гегелем на первый план содержание искусства, П. не про тивопоставлял ему формы: форма опреде ляется содержанием, между содержанием и формой существует постоянная взаимосвязь. Специфичность искусства заключается, по Гегелю, в том, что духовное содержание вы ражается в искусстве в чувственной форме: «между тем, как ф и л о с о ф познает ис тину в п о н я т и и , х у д о ж н и к созер цает ее в о б р а з е » (том XVIII, стр. 146). Эту мысль Гегеля воспринял Белинский, рассматривавший искусство как «мышле ние в образах». Плеханов также видел в об разности искусства специфичность его идео логической природы. «Содерлсанием художе ственного произведения является известная общая... идея. Но там нет и следа художе ственного творчества, где эта идея так и яв ляется в своем „отвлеченном" виде. Худож ник должен и н д и в и д у а л и з и р о в а т ь то общее, что составляет содержание его про¬ изведения» (йА, Л. Волынский», т. X , стр. 190) Видя в образности спецификум искусства как идеологии, диалектическая мысль не проводит однако резкой грани между логи ческим и образным мышлением; как и во всех областях, она и здесь отмечает постоянные п е р е х о д ы . Сам П . ведь знал, как Ге гель высоко ставнл рефлективную поэзию (см. «Литературные взгляды В. I'. Белин ского», 1897, т. X , стр. 274); тем не менее Плеханов временами резко разграничивал области логического и образного мышления, обнаруживая здесь свое механистическое, ан тидиалектическое понимание вопроса. С осо бенной яркостью это сказалось в статьях Плеханова о народниках-беллетристах, где Плеханов резко противопоставил интересы общественные п литературные, публицисти ческие элементы в творчестве народников— эстетике, к-рая будто бы выигрывает «от б о лее объективного («беспристрастного?», «нейт рального?» — А. Г.) отношения автора к предмету» («Гл. И. Успенский», 188S, том X , стр. 13); такое ж е резкое механистическое противопоставление между «языком логики» и «языком образов» П. проводил и в своем известном «Предисловии» к 3-му изд. сборника «За двадцать лет», когда оп, выступая против «Матери» Горького, говорил, что роль про поведника не годится для художника (см. т. X I V , стр. 192). У ж не говоря о том, что П. единым росчерком пера зачеркивал здесь общественно-идейную роль искусства, к-рую он защищал и пропагандировал в лучший пе риод своей деятельности,—он не видел тех новых качественных изменений, к-рые при известных условиях публицистические эле менты привносит с собой в художественную ткань произведения, пе нарушая его общей худолсественнон специфичности. Эстетика Гегеля, воспринятая П . в изве стной мере в «опосредствованном» виде че рез Белинского, была одним и з главнейших источников в формировании его эстетических взглядов. Повторяя последовательность исто рического хода развития диалектического ма териализма Маркса—Энгельса, было право мерно обратиться после Гегеля к Фейербаху как к новому источнику для обоснования ма териалистической эстетики. П . это и сделал. Сам Фейербах не дал развернутого изложе ния своих взглядов на эстетику; это сделали его последователи, о к-рых П . рассказал в суммарных чертах в очерках «От идеализма к материализму» (т. XVIII, стр. 179—181). Наиболее полным и ярким приложением о б щих философских взглядов Фейербаха к об ласти эстетики на русской почве были эсте тические взгляды Чернышевского, к-рые Пле ханов и подверг критическому анализу. Чер ты фейербахианства были уи*е присущи лит-ым взглядам позднего Белинского, Эсте тическая теория Чернышевского «являлась дальнейшим развитием тех взглядов на ис кусство, к которым пришел Белинский в по следние годы своей литературной деятельно сти* («Эстетическая теория Н . Г . Черны шевского», писано в 1897, т. V I , стр. 251). г