* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

68 ДОКЛАД О МИРОВОМ РАЗВИТИИ 2006 однажды заявил: «Мы знаем, что равенства индиви дуальных способностей никогда не было и никогда не будет, но мы настаиваем на том, что нужно стре миться к равенству возможностей»1. Некоторые участники консультаций при подготовке этого до клада даже были оскорблены вопросом: «Имеет ли неравенство значение?» Они полагали, что ответ должен звучать: «Безусловно да». По мнению одно го участника, сама по себе постановка этого вопро са означает, что «мы страдаем от нашей терпимос ти к ужасам»2. В последующих трех главах данного доклада рассматривается следующий вопрос: должна ли правильная политика развития учитывать пробле му справедливости? Справедливость, как было ска зано в главе 1, понимается здесь как обеспечение равных возможностей и предотвращение тяжелых форм обездоленности. Справедливость — это не то же самое, что равные доходы, одинаковое состоя ние здоровья или какой либо другой определен ный результат. Это поиск ситуации, при которой личные усилия, предпочтения и инициатива, — а не семейное происхождение, кастовые, расовые или гендерные различия, — определяли бы собой раз личия в экономических достижениях людей. Ситу ации, в которой все институты безразличны к цве ту кожи, а нерыночные институты одинаково от зывчивы и к богатым и бедным, в которой личные права и права собственности соблюдаются одина ково для всех и в которой все имеют доступ к обще ственным услугам и инфраструктуре, необходимым для повышения их производительности и усиления шансов на успех на рынках. Данные, которые мы рассматриваем здесь, от носятся к разным научным дисциплинам — от эко номики и истории до социологии и антропологии. В конечном счете, эти факты показывают, что до стижение устойчивого, долговременного процвета ния неотделимо от расширения экономических возможностей и политического «голоса» большей части общества или всего общества в целом. Одна группа причин этого связана с провалами рынков капитала, земли и труда. Эти провалы означают, что производительные возможности не обязательно достались тем, у кого наиболее высокая потенци альная отдача от своих талантов или идей, — но, напротив, тем, кто обладает большим богатством, лучшими связями или более обширными участками земли. Этого бы не произошло, если бы рынки функционировали эффективно, а ресурсы направ лялись тем, у кого инвестиционные проекты на иболее производительны. Но если рынки не совер шенны, эффект масштаба может быть достигнут в результате реализации эффективных схем пере распределения. В главе 5 приведены примеры, когда совокуп ная производительность могла быть повышена пу тем перераспределения богатства или власти к бо лее бедным или маргинализированным группам. Иногда, доказательство неэффективности можно увидеть в разнице между величиной предельного продукта капитала в различных фирмах. Мы знаем, что размер процентной ставки, выплачиваемой мелкими предпринимателями, выше, чем предель ный продукт капитала, получаемый другими фир мами. Мы знаем, что некоторые фермеры распре деляют усилия между наделами земли социально неэффективно, так как они владеют участком в од ном месте и выступают издольщиками в другом. Мы располагаем данными экспериментов, показы вающими, что производительность групп, подвер гающихся дискриминации, ниже их потенциала, потому что они усваивают стереотип низкой само оценки или считают, что с ними все равно обойдут ся несправедливо. Каждый из этих элементов тща тельно изученных эмпирических данных и других фактов, рассматриваемых в главе 5, подкрепляет точку зрения, согласно которой более справедли вые экономики в большинстве случаев являются и более производительными3. В главе 6 эта картина дополняется рассмотре нием исторических свидетельств, указывающих на то, что значительное неравенство распределе ния политических прав и власти приводит к появ лению дискриминационных институтов, которые вредят процессам развития в целом. Напротив, по вышение политического равенства устанавливает пределы хищническому поведению наиболее влия тельных фигур в каждом обществе. Оно позволяет создать институты, выравнивающие «игровое поле» и обеспечивающие возможности для социального продвижения и мобильности лиц непривилегиро ванного происхождения. Такие институты, по видимому, связаны с более устойчивым экономическим ростом. В качестве примера можно сопоставить методы эксплуатации труда, применявшиеся испанскими конквистадо рами в горнодобывающих центрах их американ ских колоний в период с XVI по XVIII в., и расши ренные свободы и возможности, которыми пользо вались первые поселенцы в Северной Америке. Другим примером несправедливого обращения го сударства с гражданами, которое также нанесло чрезвычайный ущерб производительности, было высокое налогообложение бедных африканских фермеров государственными или квазигосудар ственными структурами реализации сельскохозяй ственной продукции в Гане, Нигерии и Замбии, дей ствовавшими в этих странах несколько десятиле тий назад. Справедливость и честность имеют значение не только потому, что являются условиями устойчиво го развития. Очевидно, что многие, если не боль шинство, проявляют заботу о равенстве в своих соб ственных интересах. Некоторые люди рассматрива ют равные возможности и честные процессы, как вопросы социальной справедливости и, таким обра зом, как неотъемлемую часть задач развития. В гла ве 4 мы вкратце останавливаемся на аргументах и свидетельствах, указывающих, что для большин ства обществ характерно имманентно присущее и долговременное стремление к справедливости.