* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Уязвимость перед насилием 95 58. Pape 2003; Krueger and Laitin 2008; Abadie 2006. 59. Stern 2003. 60. Atran 2003; Berrebi 2007. 61. Krueger and Maleckova 2003; Hassan 2001; Kimhi and Even 2004. 62. Smith 2004; Wright-Neville 2004. 63. World Bank and ADB 2010; а также материалы консультаций авторского коллектива Дмр с официальными лицами и представителями донорского сообщества, организаций, действующих на многосторонней основе, и гражданского общества в Пакистане, 2010. См. также: Abbas 2008, 2010. 64. North, Wallis, and Weingast 2009; Fearon and Laitin 2003; Goldstone and others 2010. 65. См.: Fearon 2010a; Walter 2010; Hoeffler, von Billerbeck, and Ijaz 2010. Для измерения государственного управления и институционального потенциала может использоваться значительное количество индикаторов. В работе Users’ Guide on Measuring Fragility («руководство для пользователей по измерению нестабильности») содержится прекрасный современный обзор литературы и существующих концепций (Mata and Ziaja 2009). Показатели проводимой Всемирным банком оценки политики и институтов страны (кПиА) рассчитываются специалистами Банка и доступны странам – членам международной ассоциации развития (мАр) за период с 2005 г. по настоящее время. Недавно Всемирный банк предпринял разработку ежегодного гармонизационного расчета, призванного увязать определения нестабильности, применяемые региональными банками развития (Азиатским банком развития и Африканским банком развития). к числу других хорошо известных индикаторов государственного управления и качества институтов относятся измерители эффективности органов государственной власти, входящие в состав Всемирных индикаторов государственного управления, а также индикаторы, входящие в «международный справочник странового риска» (мССр), составленный PRS Group. Всемирные индикаторы государственного управления являются индексом, обобщающим многочисленные источники, тогда как показатели ICRG представляют собой экспертную оценку ряда измерений политического, экономического и финансового риска. они устанавливают три общих признака государства – «легитимность, авторитет и эффективность» – в ряду индексов и определений нестабильности и сравнивают результаты по индексам. См.: Kaufmann, Kraay, and Mastruzzi 2010b. В индикаторах прослеживается размытая линия между измерением результатов государственного управления (существующий уровень представительства и участия, подотчетность по отношению к принятию решений и незаконным акциям, уровень коррупции и нарушений прав человека) и институциональными характеристиками (существование в рамках верховенства закона систем и потенциала регулирования отношений между государством и обществом, обеспечивающих судебное преследование за нарушение прав человека и т. д.). Большинство показателей государственного управления обычно измеряют и то и другое: они отслеживают, существует ли система (например, конституция, или антикоррупционное законодательство, правительственная политика по справедливому распределению услуг), а также в определенной мере производят измерения, часто неточные, того, обеспечивают ли эти системы на практике надлежащие результаты в области государственного управления (низкий уровень коррупции, свободные и честные выборы, недопущение безнаказанности в случае нарушения прав человека и т. д.) 66. См.: Stedman 1996; Brown 1996; Posen 1993; Snyder 2000; Goldstone and Ulfelder 2004; Goldstone and others 2010; Besley and Persson 2009, 2010. 67. Легитимность государства связана с согласованными правилами и процессами, способствующими его подотчетности перед гражданами – путем участия в управлении либо посредством патронажа. Патронаж особенно распространен в условиях нестабильности, когда потенциал государства слаб; при этом он может ослаблять легитимность государства, если воспринимается как несправедливый и ведущий к усилению горизонтального неравенства (OECD 2010g, 2011). Необходимо, чтобы общие убеждения обеспечивали конструктивную связь между государством и обществом (Bellina and others 2009). Например, выборы могут стать чем-то б?льшим, чем формальный инструмент сбора мнений, лишь там, где существует всеобщее, укоренившееся убеждение, что они «выражают волю народа». Наряду с коллективной идентичностью и религией, важным фактором, позволяющим обосновать легитимность государства, является «традиция» (Clements 2010). Эти источники легитимности не изолированы друг от друга: улучшение предоставления услуг не обязательно повысит легитимность государства, если другие элементы отсутствуют. Легитимность государства является результатом сочетания этих источников и может принимать различные формы в зависимости от контекста. 68. Пристальное внимание сообщества специалистов в области развития к фактору нестабильности связано с первопроходческой деятельностью Пола кольера и Нгози оконджо-ивеалы в рамках инициативы «Страны с низким доходом, находящиеся в тяжелом положении». Политические выводы этой оригинальной работы были широко проработаны Cетью по проблемам конфликтов и нестабильных государств (иНкАФ) – организацией в системе комитета содействия развитию (кСр) при оЭСр, – а