* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
БЕЛЬГИЙСКАЯ ЛИТ - РА [ 135 — 4301 БЕЛЬГИЙСКАЯ Л И Т - Р А в безумие под гнетом «.городов-осьмино гов», протягивающих к ним свои щупальцы, выжимающих из них последние соки. По до рогам бродят тени голодных людей, покинув ших деревню и в голодном бреду поющих безумные песенки, об этом повествует в своем творчестве Э м и л ь В е р х а р н (см.). Безнадежной жалостью ко всему страдаю щему, любящему и живущему проникнуты романы О р а с а в а н - О ф ф ? л ь («За точенные»). Вся современная социальная жизнь представляется поэту Жилькену больницей, откуда несутся заразные ис парения от страданий, где над всем на висла непроглядная ночь, прикрывающая все уродства и извращения человеческого сознания и чувства («Аглоиг d'hdpital» и «Nu.it»). В этом мире человек потерял чув ствительность, к-рую сменило постоян ное беспокойство, — на эту тему написал свой роман Э д м о н Г л е з е н е р («Le coeur de Frangois Remy»). В произведе ниях Ю б е р а К р е н с а (Hubert Krains) изображается трагическая жизнь кре стьянства, полная горечи и безнадеж ности («Раіп поіг», «Am ours rustiques»). Такою же горечью и меланхолией про ник ну ты произведения Э м и л я в а н А р е н б ? р г а (Е. van Arenbergh, роман «Carillons») и Л у и Д е л а т т р a (Delattre), описывающие жпзнь бедняков, над к-рыми простирает покров свой смерть. Мрачные картины разрушающейся деревни рисует Ж о р ж В и р е с (Georges ?ігres) в своих повестях о сгорбленном над землей крестьянине под тяжестью мисти ческого рока («Les gens de Tiest» и «L'inconnu trogique>). Г р е г у а р Л е P y a (Le Roy) смотрит на действительность как на трагедию. Всюду царят гибель и смерть, от к-рой некуда укрыться бедняку, и ему остается только оплакивать прошлое («Сііапson du раи?ге»). Окутанные туманом прошлого бродят у Ж о р ж а Р о д е н б а х а (см.), поэта «мертвого Брюгге», тени одиноких людей, неприем л ющих реального мира и ищущих мистической любви и неземного чувства под сводами старинного храма, под мело дическую музыку колоколов, вызьгеающую рои образов феодальной лоры, легендами и сказаньями о к-рой полны драмы М ор и с а М е т е р л и н к а (см.), в к-рых действующие лица— имматериализированы. Это — романтический индивидуализм, ха рактерный для привилегированной интел лигенции, отвергающей повседневную дей ствительность, к-рую крупная буржуазия замрщает роскошью праздника, обостряю щей рефлексы на окружающее, которые принимают то болезненный оттенок, то характер самоуглубления. Таким импрес сионистическим поэтом является А н р и М о б е л ь (Henri Maubel), в пьесах ко торого и тема и действие заменены рядом психологических моментов, причем внеш няя материальная жизнь остается ста тичной. Автор уходит от действительности, строит «свой внутренний город души», заменяя слова музыкой, вслушиваясь «в музыку бессознательного и в шопот созна ния», В воспоминания о прошлом погру жается и беллетрист Б л а н ш Руссо (Blanche Rousseau), описывая «пейзажи души», внутреннюю жизнь человека, напо миная фреску П ю в и с с д е Ш а в а н н а . Грубости и нравственному запустению бур жуазного общества в а н Л е р б е р г (см.) противопоставляет радость первобытного состояния человечества, о к-ром он рассказы вает в своих сказках («Chansons d'Eve»), и издевается над представителями буржуаз ного строя, власть имущими («Рап»). Едко смеется над современным укладом жизни романист Ш а р л ь М о р и с с о (Morisseaux), избирая объектом своей насмешки во енную среду («Histoire remarqTiable d'Anselme Ledoux, marechal des logis>0. Пессими стически воспринимает современную жизнь аристократ А р н о л ь д Г о ф ф е н (Goifin), как царство торгашей и разбогатевших разбойников, от к-рых впадает в безумие живой человек («Journal d'Andre», «Махіme», «Le fou raisonnable»). Таким же пес симизмом и нервозностью отличаются дра мы Г у с т а в а в а н - 3 и п (см.) (Gustave van-Zype); в них он вскрывает пута ницу противоречий буржуазного общества, отражающуюся на семье, на браке, на по вседневной борьбе за существование из-за куска хлеба. В воспоминания уходит и романист Э ж е н Д е м о л ь д е р (см.). Реалистические и яркие полотна посвящает он изображению нравов X V I I в, («Route d'Emeraude», посвященную Рембрандту) и Х ? Ш в. («Le jardinitT de Pompadour*). М о р и с у Д е з о м б ь е (М. Desombl'ux) выход из мучительной повседневности пред ставляется в кровавых схватках или страст ных покаяниях на плитах храма («?егз 1'esроіг», «Міпіеи d'Aveneu» и драма «Amants de Taillemark»). Сподвижником МаксаВаллера и Жилькена был поэт Ф е р н а н д С е в е р е н (F. Sever in), отразивший на себе влияние В и н ь и , В е р л е н а и Д І ? л л и. Он ищет забвения от страданий реаль ной жизни («Solitude heureuse») в уеди нении, в снах, подернутых туманом прош лого («Un chant dans ГоглЬге»), в к-рых реют скользящие неосязаемые призраки. От грусти и тоски он бежит в природу и в ее красотах, «чуждых материальным инте ресам», находит отзвук своим желаниям и смысл жизни. Его соратник А л ь б е р Ж и р о (Albert Giraud), питая отвращение к современности, ничего уже не ждет от «людей сегодняшнего дня», он свысока смотрит на «этот лживый век», к-рый «чужд ему, как Сфинкс» и от криков к-рого он плотно захлопывает свои двери, чтобы предаться переживаниям рыцарской эпохи битв и турниров, торжественных встреч победителей и восторгаться «благородными поступками освободителей несчастных от притеснений тиранов» («Ногв du еіёсіе») или делить в мечтах при луне горестную